Наука

Чьи органы используют в Китае для трансплантации и научных исследований

06 февраля 2019 | 18:47

Международное научное сообщество осудило китайского генетика Хэ Цзянькуя, использовавшего инструмент CRISPR для редактирования ДНК девочек-близнецов. Правительственное расследование выявило в его работе многочисленные нарушения, его уволили из университета, а в ближайшее время могут предъявить уголовные обвинения. Но помимо этого вопиющего примера далеко не все ученые в КНР соблюдают общепринятые рекомендации по этике медицинских исследований. В колонке для просветительского издания The Conversation профессор клинической этики Венди Роджерс рассказала, чьи сердца и легкие используют для трансплантации в Китае.

Международные профессиональные стандарты запрещают публикацию научных исследований, которые:

  • включают любой биологический материал, полученный от казненных заключенных;
  • не имеют одобрения комиссии по этике;
  • не имеют согласия доноров.

Но австралийские специалисты во главе с Венди Роджерс обнаружили, что исследования, которые не соответствуют этим стандартам, регулярно публикуются в международных рецензируемых журналах.

Пересадка органов в Китае

Австралийцы изучили 445 исследований, опубликованных в рецензируемых англоязычных журналах в период с января 2000 года по апрель 2017 года. В статьях сообщалось о 85 477 пересадках органов человека (сердец, печени и легких), проведенных в Китае. Но в 92% публикаций не указывалось, были ли органы получены от казненных заключенных. Также почти все они (99%) не сообщали, давали ли доноры согласие на пересадку. При этом 73% статей имели одобрение институциональной комиссии по этике.

В КНР многие заключенные не способны дать осознанное согласие на донорство органов, полиция и судебная система не защищены от процессуальных нарушений, а несправедливые приговоры распространены и трудноисправимы.

Все больше данных свидетельствуют о том, что в Китае органы извлекают не только у осужденных преступников: количество пересадок значительно превосходит количество казней. Таким образом, рецензируемые научные публикации могут содержать данные, полученные «благодаря» узникам совести, убитых ради органов.

По мнению австралийских ученых, частичную ответственность за это несут рецензенты и редакторы мировых медицинских журналов.

Откуда берутся органы?

В 19 научных статьях, касающихся пересадки 2688 органов до 2010 года, были указаны добровольные доноры. Но в сообществе трансплантологов хорошо известно, что до 2010 года в Китае не было никакой программы добровольного посмертного донорства. Из-за этого профессор Роджерс предполагает, что врачи могли получить органы от осужденных заключенных и узников совести.

Два престижных журнала, опубликовавшие наибольшее количество китайских исследований по трансплантации, — Transplantation Proceedings и PLOS ONE. При этом их политика запрещает публикацию исследований, основанных на пересадке органов от несогласных и/или заключенных доноров.

Австралийские ученые настаивают, что медицинские журналы должны требовать информацию об источниках органов в китайских исследованиях по трансплантации, прежде чем публиковать их для широкой общественности и научных кругов. И если ответы коллег из КНР их не удовлетворят, они должны отказаться от публикации исследований.

Если научная статья публикуется без указания источника пересаженных органов, это говорит о том, что этические нормы допустимо игнорировать или нарушать «во имя науки». Такие случаи подрывают стимул соблюдать эти стандарты в будущем.

Австралийские ученые предложили отозвать из научных журналов статьи, которые не соответствуют международным стандартам в отношении донорства органов. Также они считают, что необходимо ввести мораторий на публикации из Китая, разработав новые правила ведения и оценки исследований трансплантации органов. Впрочем, надежды на «торжество справедливости» немного.

«Отзыв статьи из журнала может быть длительным процессом даже в тех случаях, когда в ней есть явная ложь», — констатирует Венди Роджерс.

Читайте также: Трансплантация в Украине: по-новому не получается, а по-старому уже нельзя