Легализация коррупции

Коррупционная контрреволюция: как власть освободила взяточников от тюрьмы

06 марта 2019 | 08:00

Украинские коррупционеры одержали громкую победу над государством и гражданами. Теперь нечистые на руку чиновники, которые за счет взяток, откатов, воровства из бюджета накопили существенные состояния, могут не переживать за свое будущее. Администрация президента руками судей Конституционного суда убрала из Уголовного кодекса статью о незаконном обогащении. Суть ее была простой: если чиновник не может объяснить, как он или его родственники на одну зарплату обзавелись элитной недвижимостью, дорогими авто и прочими активами, то он сядет в тюрьму. Как отмечают эксперты, команда президента Петра Порошенко в преддверии выборов пытается заручиться поддержкой коррумпированных чиновников и, таким образом, «расплатиться» с ними за будущие фальсификации.

Суд удовлетворил депутатов

Конституционный суд Украины (КСУ) на прошлой неделе удовлетворил представление 59 народных депутатов, признав неконституционной статью 368−2 Уголовного кодекса — «Незаконное обогащение». В соответствии с этой статьей, если чиновник приобрел в собственность значительные активы, законность оснований приобретения которых не подтверждено доказательствами, то ему грозит от 2 до 10 лет тюрьмы с конфискацией. Продолжительность тюремного срока зависит от занимаемой должности.

Из текста конституционного представления следует, что на указанную статью в декабре 2017 года пожаловались депутаты сразу из нескольких фракций: «Блок Петра Порошенко» (11 депутатов), «Народный фронт» (23), группа «Возрождение» (11), «Оппозиционный блок» (10), «Воля народа» (1) и один представитель Радикальной партии. Интересы жалобщиков в КСУ представлял член фракции «Народного фронта» Павел Пинзеник. Депутаты попросили суд признать указанную статью как противоречащую Основному закону. И 26 февраля 14 из 18 судей КСУ на закрытой части заседания проголосовали «за» признание статьи «Незаконное обогащение» неконституционной. Соответственно, статья была изъята из Уголовного кодекса.

В решении КСУ говорится, что указанная статья не соответствует конституционным принципам правового демократического государства; допускает неоднозначные толкования; может нарушать права подозреваемых и обвиняемых в преступлении. Основная суть решения содержится в частях 5−6 указанного решения. В Конституционном суде настаивают, что статья 368−2 вводит презумпцию виновности, обязывая чиновника доказывать, что он не совершал преступление. Таким образом, нарушаются несколько статей Конституции: гражданина нельзя вынудить делать то, что не предусмотрено законом (ст. 19); гражданин считается невиновным, пока в суде не будет доказано обратное (ст.62); человека нельзя привлечь к ответственности за отказ давать показания (ст. 63).

Кроме этого, как отмечается в решении, ст. 17 Уголовно-процессуального кодекса предполагает, что «никто не обязан доказывать свою невиновность в совершении уголовного преступления и должен быть оправданным, если сторона обвинения не докажет виновность лица вне разумного сомнения».

«Положения статьи 368−2 Кодекса сформулированы так, что сомнения в законности оснований приобретения лицом в собственность активов в значительном размере могут толковаться не в пользу этого лица и могут рассматриваться как подтверждение ее незаконного обогащения, хотя согласно части третьей статьи 62 Конституции Украины «все сомнения относительно доказанности вины лица истолковываются в его пользу», — говорится в решении КСУ.

Следующий «скользкий» момент заключается в том, что, согласно Конституции, законы не могут иметь обратной силы, кроме случаев, когда они смягчают или освобождают от ответственности. Как полагают судьи, в случае со статьей 368−2 получается, что чиновник, подозреваемый в незаконном обогащении, мог получить «грязные» активы до того, как эта статья появилась в Уголовном кодексе. Данная норма, как полагают в КСУ, вступает в противоречие со ст. 4 Уголовного кодекса, в соответствии с которым преступность и наказуемость определяются законами, действовавшими на момент совершения преступления.

Легализация взяточничества

В пресс-службе Национального антикоррупционного бюро (НАБУ) сообщили, что после решения КСУ придется закрыть 65 уголовных производств о незаконном обогащении. Среди подозреваемых фигурируют народные депутаты, министры, военные прокуроры, верхушка СБУ, руководители государственных учреждений и высокопоставленные чиновники.

Среди фигурантов громких расследований оказались: первый замглавы СБУ Павел Демчина (покупка дорогих авто и земельных участков); глава Окружного админсуда Киева Павел Вовк (элитная недвижимость); экс-глава Государственной фискальной службы Мирослав Продан (по версии следствия, за время работы на должности приобрел имущества на 89 млн гривен); бывший военный прокурор сил АТО Константин Кулик, подозреваемый в незаконном получении имущества на почти 3 млн гривен.

Юрист Центра противодействия коррупции Елена Щербань пояснила Realist'у, что проблема не только в закрытии уголовных дел. Речь идет о фактической легализации взяток и откатов, полученных чиновниками. «Сама конструкция статьи предполагала, что если коррупционера не удалось поймать на горячем, то его можно привлечь за последствие коррупции — наличие денег, происхождение которых подозреваемый не может подтвердить. Теперь чиновники могут без проблем вносить „сомнительные“ активы в декларации и никакого наказания за это не будет», — отметила Елена Щербань.

Порошенко защитил коррупционеров

Как полагают эксперты, политическая ответственность за это решение лежит на одном человеке — президенте Петре Порошенко. Во-первых, он как автор принятого закона о Конституционном суде не предусмотрел назначение судей через открытый конкурс. Сохранилась прежняя система, в соответствии с которой членов КСУ по равной квоте назначают президент, Верховная Рада и съезд судей Украины. Более того, Петр Порошенко не отозвал судей, которые были назначены в Конституционный суд еще экс-президентом Виктором Януковичем. То есть от имени главы государства суд вершат личности, назначенные во времена «преступного режима».

Во-вторых, основную работу по продвижению депутатского представления в КСУ проводил «Народный фронт» и БПП, которые находятся в парламентской коалиции. За счет этого Петр Порошенко имеет возможность влиять на решения, принятые парламентом. Формально, как утверждают «порохоботы», глава государства отвечает только за оборону и внешнюю политику, но фактически он через «своих» министров и депутатов контролирует работу Кабмина и Верховной Рады.

Судебная система одна из первых попала под жесткий контроль главы государства, отмечает политический эксперт Виктор Небоженко. Теперь Петр Порошенко за счет этого контроля пытается исправить ранее допущенную «ошибку» — введение практики электронного декларирования чиновников. В 2016 году, когда были опубликованы первые декларации, чиновники «засветили» элитную недвижимость, дорогие авто и миллионы долларов и евро наличными, что вызвало бурную реакцию нищающего населения. Как полагает эксперт, вопрос отмены статьи 368−2 напрямую касается предстоящих президентских и парламентских выборов.

«Чиновники — основа режима, а президент их подставил, вынудив декларировать имущество. Теперь он нашел выход, отменив руками КСУ закон, который грозил коррупционерам тюрьмой. Президенту нужно гарантировать чиновникам, силовикам, местным князькам безопасность. Иначе они не станут помогать фальсифицировать выборы. Причем тут вопрос стоял ребром: утром деньги (решение КСУ), а вечером „стулья“ — то есть фальсификации», — отметил Виктор Небоженко в комментарии Realist’у.

Юридические тонкости

На первый взгляд может показаться, что статья 368−2, действительно нарушает презумпцию невиновности, и КСУ принял единственно правильное решение, признав ее неконституционной. Вместе с тем руководство Специализированной антикоррупционной прокуратуры (САП) настаивает, что следствие в делах по незаконному обогащению никогда не исходило из презумпции виновности фигурантов.

«Нам говорят, что статья (о незаконном обогащении — R) неконституционная, потому что она обязывала чиновников доказывать собственную невиновность. Нет, это не так. Следователи, детективы руководствовались презумпцией невиновности и собирали доказательства. САП и НАБУ всего открыли 106 производств по этой статье. Из них впоследствии 37 дел пришлось закрыть, именно потому что следствие понимало, что собранных материалов было недостаточно для обоснования вины подозреваемого в суде», — заявил в эфире канала «1+1» глава САП Назар Холодницкий.

Бывший судья Конституционного суда Украины Виктор Шишкин напомнил Realist'у, что статья о незаконном обогащении появилась в Уголовном кодексе еще в 2011 году. В статью вносились правки в 2013 году, но они были косметическими. Существенные изменения произошли в 2014 и 2015 годах, когда в стране создавались новые антикоррупционные органы.

Итак, в октябре 2014 года статью о незаконном обогащении переписали в новой редакции: чиновнику грозила тюрьма, если он получил или передал родственникам в собственность имущество, «стоимость которого значительно превышает доходы лица, полученные из законных источников». В феврале 2015 года через парламент провели изменения в Уголовный кодекс, одним из авторов которых был нынешний Генпрокурор Юрий Луценко. Именно тогда в статью 368−2 добавили «сомнительную» формулировку: получение чиновником в собственность активов, «законность оснований приобретения которых не подтверждено доказательствами». Именно за эту формулировку «прицепились» депутаты, подписавшие представление в КСУ.

«Не хочу хвалить и не хочу критиковать решение Конституционного суда. Могло ли оно быть другим? Да, могло. Во-первых, если бы у суда была возможность толковать закон, это было раньше, то КСУ мог бы уточнить, что сторона обвинения обязана собирать доказательства в делах о незаконном обогащении. Во-вторых, суд мог принять иное решение: признать неконституционным отдельное положение статьи 368−2, а не ее всю», — отметил в комментарии Realist'у Виктор Шишкин.

Он напомнил, что после судебной реформы, предложенной президентом Порошенко, КСУ утратил возможность толковать нормы законов. Как полагает Виктор Шишкин, если бы законодатели сохранили редакцию 2014 года, то проблем с толкованием статьи не возникло бы.

У некоторых наблюдателей возник резонный вопрос: может в 2015 году депутаты специально вписали в статью 368−2 такую формулировку, чтобы потом иметь возможность «забраковать» ее через Конституционный суд? Активисты-антикоррупционеры полагают, что в этой истории нет никакой конспирологии.

«Не думаю, что тут мог быть „хитрый план“. По аналогичным мотивам КСУ мог отменить статью и в редакции 2014 года, сославшись на правовую неопределенность или презумпцию невиновности. Из текста конституционного представления, подписанного депутатами, видно, что они пытались оспаривать общий контекст и основные принципы статьи о незаконном обогащении», — отметила Елена Щербань.

Заморозят «безвиз»?

Отмена уголовной статьи, направленной против топ-коррупционеров, спровоцировала шквал общественного и международного негодования. На глазах граждан Украины и международного общества произошла «тихая контрреволюция». Как известно, одной из целей Революции достоинства была борьба со взяточничеством во власти. Теперь оказалось, что руководство страны через КСУ освободило казнокрадов от ответственности.

Страны G7 и Всемирный банк обратились к украинской власти с требованием восстановить уголовную ответственность за незаконное обогащение в соответствии с международными стандартами.

«Это ослабило влияние всей антикоррупционной архитектуры, включая Высший антикоррупционный суд, который вскоре должен быть создан и, как ожидалось, должен был вынести решения по значительному количеству дел о незаконном обогащении, а также повлияло на способность НАБУ расследовать коррупцию в высших эшелонах власти», — говорится в заявлении «Большой семерки».

Международная организация по борьбе с коррупцией Transparency International в своем заявлении отметила, что действия украинских властей могут привести к заморозке безвизового режима с ЕС и финансовой помощи от МВФ. Как известно, борьба с коррупцией была основным требованием для предоставления нашей стране кредитов и «безвиза» со странами Шенгенской зоны.

«Не думаю, что сейчас у нас возникнут серьезные проблемы с Западом. Да, их это не устраивает, но они ждут итога выборов и будут предъявлять претензии уже новому президенту и парламенту», — пояснил Realist'у политический эксперт Руслан Бортник.

Президентские манипуляции

Президент Порошенко, дабы хоть как-то снять с себя ответственность за содеянное, внес в парламент законопроект, который как бы возвращает в Уголовный кодекс статью о незаконном обогащении.

Порошенко предлагает ввести ее в такой редакции: «Приобретение лицом, уполномоченным на выполнение функций государства или местного самоуправления, в собственность активов в значительном размере без законных на то оснований при отсутствии признаков злоупотребления властью или служебным положением, или признаков принятия предложения, обещания или получения неправомерной выгоды должностным лицом, а также передача им таких активов любому другому лицу».

Антикоррупционеры настаивают, что если закон примут в такой редакции, то в суде вообще не получится доказать факт незаконного обогащения. Возникает абсурдная ситуация, когда прокурорам сначала придется доказать, что чиновник не получал взяток и не злоупотреблял властью. И только после можно вести речь о незаконном обогащении. То есть следствию придется бежать одновременно в противоположных направлениях, собирая доказательства невиновности чиновников в совершении преступлений (взятка, злоупотребление положением) и вести дело об обогащении. Юристы Центра противодействия коррупции настаивают, что такая конструкция противоречит Уголовно-процессуальному кодексу.

«Предложенный законопроект — такой себе фиговый листок, которым президент пытается прикрыть этот провал. Петр Порошенко, скорее всего знал, что в КСУ готовится решение по отмене статьи о незаконном обогащении, но при этом он не стал возражать. Значит, такое решение его устраивало», — говорит Руслан Бортник.